Увидеть Париж и умереть

К сожалению, эта, ставшая крылатой, фраза Ильи Эренбурга, обретает реальные очертания.

О терактах в Париже, в ночь на 14 ноября, уже высказались практически все. Я же, со своей стороны, хотел бы акцентировать внимание на некоторых, с моей точки зрения, существенных моментах, которые воспринимаются как не особо важные, либо вообще игнорируются большинством «экспертов», объясняющих, кто, зачем и как это сделал.


Мистика цифр
Ну а куда же без неё. Люди, в силу устройства их мозга, склонны «связывать» события, как в плане трактовки уже произошедших, так и при их планировании и выполнении.
13.11.15.
Во-первых, это пятница тринадцатое. Почти официальный «плохой день» у западной, крестьянской цивилизации.
Во-вторых, определённо есть некоторая созвучность с датой 9/11 (число «11», по-видимому, популярная цифра в среде заказчиков всяких-разных террористических гадостей).
В третьих, сразу вспоминается. обложка журнала The Economist, вышедшего 8 января 2015 года и подписанная как «Мир в 2015 году»:

Обратите внимание на две стрелы с цифрами, в нижнем правом углу. Понятно, что при наличие шести цифр, можно составить практически любое число. Например, 11.13.15. Но эти цифры явно не случайны, хотя бы потому, что рядом со стрелами мы видим картину Да Винчи «Прекрасная Ферроньера», которая находится... в Лувре, в Париже.

Также примечателен тот факт, что стрелы две и, возможно, речь идёт о двух событиях, эдаких реперных точках, от которых мир будет отталкиваться в 2015 году. Ну и куча песка, рядом с картиной и стрелами, явно имеет своё значение (вообще, насколько я могу судить, на этой обложке каждая деталь имеет свой скрытый смысл).

По второму событию, есть подозрение, что речь идёт о 25 ноябре. Посмотрим, насколько моя догадка окажется привильной, тем паче, ждать осталось совсем не долго.

Вот такая вот забавная нумерология. Но вернёмся к терактам в Париже.


Почему Франция?
Это вопрос, на который до сих пор нет внятного ответа. Казалось бы — если эти теракты заказали люди из ИГ, то первоочередными целями должны были быть либо США (как глава коалиции, которая уже не один год безуспешно борется с ИГ, либо Россия (которая, буквально за месяц, испортила ИГ спокойную жизнь). Но нет. Целью стала Франция. Не Италия, Германия или Израиль, а именно Франция.

Если исходить из предпосылок, что заказчиком терактов в Париже было именно ИГ, то логика событий отсутствует напрочь. Но если предположить, что боевики из ИГ были лишь исполнителями, а заказчик совсем другой — то хоть какую-то логическую цепочку можно организовать. Франция одна из двух ведущих стран Евросоюза. Если целью терактов являлся удар по Европе, то Франция — это самый оптимальный вариант. С одной стороны — событие такого плана во Франции может нанести существенный ущерб всему Евросоюзу (это вам не Швеция какая-то или Чехия, которые ни на что не влияют и до которых никому нет дела). С другой стороны, практически стопроцентная гарантия, отсутствие от Франции «обратки».

И ещё примечательная деталь.
Совсем недавно, министр торговли Франции Маттиас Фекл заявил, что: «Франция откажется от продолжения переговоров по „Трансатлантическому партнёрству“, если её желания не будут учтены». Более того, французский министр утверждает, что позицию Парижа поддерживает и Берлин.


Исполнители, это не заказчики
Всего лишь каких-то 50–100 лет назад большинство войн велось «традиционным» способом: многотысячные армии, линия фронта, стенка на стенку и т. д. Что бы победить врага, нужно было разбить его армию и захватить территорию (страну). Вторая мировая, 1939–1945 гг. — последняя серьёзная война из серии «традиционных».

Когда добрые учёные придумали ядерную бомбу и ядерный арсенал планеты вырос до объёма, достаточного для того, что бы за пару часов превратить весь земной шарик в обугленную кочерыжку — стало очевидно, что любая более-менее серьёзная «традиционная» война закончится именно этим. В общем, где-то с середины прошлого века перед людьми встал вопрос: как же теперь воевать, если воевать напрямую нельзя?

Выход был найден быстро и заключался в переходе с «традиционных» прямых конфликтов, на, так называемые, «прокси-войны». Опосредованная война (англ. proxy war, также война чужими руками) — международный конфликт между двумя странами, которые пытаются достичь своих собственных целей с помощью военных действий, происходящих на территории и с использованием ресурсов третьей страны, под прикрытием разрешения внутреннего конфликта в этой третьей стране.
Например, в прокси-войне во Вьетнаме (1957–1975), армия США воевала с Вьетконговцами, которых (оружием, инструкторами и финансами) поддерживал СССР. И наоборот: в Афганистане (1979–1989) вооруженные контингент СССР напрямую воевал с моджахедами, которых поддерживали США. Велись и полностью «чистые» прокси-войны, когда обе стороны конфликта воевали на чужой территории, чужими руками (например, Ангола (1975–2002)).

Сейчас прямо у нас, на Украине, как раз идёт такая война, в которой США (руками официального Киева), воюет с Россией (ополченцы Донбасса).

Едем дальше. В силу роста глобализации: ускорения многих процессов, скорости перемещений людей и грузов, передачи информации и проникновения капиталов — даже самые дальние задворки мира, которые раньше никого не интересовали, и где спокойно можно было развязать маленькую «традиционную» войну или организовать «прокси-войну», также попали в зону интересов и пристальной озабоченности «мировой общественности». То бишь, в какой то момент, просто так влезть куда-то и развязать, пусть даже и прокси-войну, чужими руками, стало довольно проблематично. Так как ваши интересы в этом регионе, запросто могут пересечься (в силу глобализации) с интересами остальной части «прогрессивного человечества».

И вот здесь на сцену появляется терроризм. Террористические организации и террор — на данный момент, практически идеальный способ ведения войны. Вам плевать, что воюющие за ваши интересы, террористы — имеют негативный имидж и их действия глубоко осуждаются «прогрессивным человечеством». Это никак не влияет на вашу личную репутацию, потому что вы, как-бы, не имеете к ним никакого отношения и, более того, — вместе с остальным «прогрессивным человечеством», белый и пушистый, и точно также сыпете в их адрес угрозы и подвергаете анафеме. Во-вторых, так как терроризм безадресный, то с его помощью можно вести войну не только на нейтральных территориях, но и непосредственно на территории своего противника. Более того, если нужно, это можно делать даже на своей территории. В третьих, используя терроризм, как новый способ ведения войны, вы оказываетесь на шаг впереди остальных воюющих сторон, так как они используют устаревшие методы войны с надобностью контроля территорий, создания и поддержки группировок, соблюдением Женевской конвенции и международных правил и законов. В общем, куча печенек и почти полное отсутствие недостатков.

Как несложно догадаться, мастерством террор-войн в достаточной мере, на данный момент, обладают только США (хотя, нужно отметить, что Россия весной 2014, на Украине, при первичной раскачке Донбасса, вполне успешно применила ряд техник террор-войны).


Собственно, я к чему всё это веду. Теракты в Париже — это не месть, не случайность и не действия отморозков, но эпизод полноценной террор-войны на уничтожение. И не важно, зачем были устроены эти теракты: для устрашения, для склонения к определённому решению/действию или по какому-то ещё причинам. И здесь Европе нужно определиться — хочет ли она быть бараном, которого собираются пустить под нож? Или не хочет? Хотя некоторые силы в Европе всё прекрасно понимают и точно не хотят. Что радует.

Поделиться
Отправить
Запинить
Популярное